Что есть истина

Когда кто-то кого-то куда-то завлекает, то это может быть завлекание куда угодно, только не к истине. Истина не может быть ничем из того, что рекламируется. Всякое зазывание есть зазывание в ложь. И всякий, заманивающий другого куда-либо, не любит его.

 

Если кто-то видит истину (реальность), то какая же это истина? — коль скоро ее еще надо зафиксировать, коль скоро зафиксировать — значит выделить из чего-то большего, тогда как большего, чем то, что есть — реальности — нет.

То, что видят, есть опосредованным образом. Но если истина есть прямо то, что есть, то она есть непосредственно. Опосредованная реальность не может быть окончательной. Если реальность - это то, что есть, это все, что есть, то она может быть только одним образом - непосредственным.

 

Ни ложь, ни истину нельзя зафиксировать, потому что и та, и другая не выделяемы. Первая — потому что ее нет, вторая — потому что кроме нее ничего нет.

 

Существует ли окончательная истина или, к примеру, абсолютное добро? Нет, потому что когда есть окончательное — нет уже лжи, чтобы была истина. Нет уже зла, чтобы было добро.

Когда актуально выделение истины в противоположность лжи, равно как и выделение добра в противовес злу, тогда нет окончательного.

 

Открыл ли истину произнесший, что истина — в молчании? Открыл ли истину, которая в молчании, тот, кто произнес, что произнесший слова о том, что истина — в молчании, не открыл ее?

 

То, чему ты нужен, зависимо от тебя. Тому, что имеет на тебя расчет, чего-то не хватает. Поэтому все, что попадается на глаза, тем более навязчиво обращает на себя внимание, не являет собой завершенность. Поэтому невозможна истина, посредством, например, безукоризненно аргументированного изложения завлекающая тебя в свои сторонники. Доходчиво изложенное есть ложь.

 

«Возможно, я заблуждаюсь. Ну, так покажите мне истину, и я исправлюсь». Все бы так, но истина, не объект. Истина больше, чем объект. Истина — это все. А по отношению ко всему ты — не заблуждающийся, а само заблуждение.

 

 

«Я хочу узнать истину». Вранье. Ты явно хочешь чего-то другого. Условие проявления истины — прекращение разделения и тебя вместе с ним. Чтобы проявиться, истина как целостность должна занять не только поле твоего зрения, но и тебя самого. Стало быть, даже стремящийся к истине, ты — помеха тому, чтоб она была.

 

«Но ведь важно, чтобы истина все-таки была бы явлена хоть кому-то». Если бы это было действительно важно, тогда истина представляла бы собой нечто незавершенное, то есть не являлась бы истиной.

 

«Покажите мне истину, и я выстроюсь сообразно с ней». Как бы не так! Истина — это то, в чем объект и субъект нашли свое согласование, то есть исчезли. Что показывать? Кому показывать?

 

— Обидно, что истина существует где-то, неизвестно где, и никто, ни одна душа не может ее узреть.

— Истина есть тогда, когда (уже) нет ничего, что можно было бы узреть, и когда (уже) нет никого, кто мог бы узреть что бы то ни было.

 

Истина — ради истины, а не для того, чтобы помочь кому-то с его проблемами. Истина не может быть ответом на вопрос. Либо она есть безотносительно вопросу (и чему бы то ни было), либо это не истина.

 

Другие философские высказывания об истине — в тексте «Невидимая невидимость невидимого»